Столь пристальное внимание властей к ржавеющим семейным скрепам вполне объяснимо. Россия уже несколько лет входит в тройку стран мира по количеству распавшихся пар, уступая лишь Казахстану и Мальте. В 2024 году, который был объявлен Годом семьи, на 10 заключенных союзов в российских регионах пришлось 8 разводов. Сургут тоже не стал счастливым исключением в печальной статистике. А каждый развод — это удар под дых демографической политике.

Может ли государство повлиять на решение россиян разводиться? Если да, то как? И работают ли меры принуждения? Однако прежде — ремарка. Герои этого материала пожелали сохранить анонимность, поэтому их имена и фамилию мы изменили. Зарисовку их жизни инсценировали актеры Сургутского музыкально-драматического театра.

Какие только громкие, а порой и одиозные идеи по сохранению в стране института семьи не звучали с высоких трибун в последнее время. Штрафы за развод до 100 тысяч рублей, запрет на работу неженатым — и это только малая часть. Насколько честны в своих предложениях авторы — загадка, ведь тактика кнута вряд ли может кого-то в здравом уме вновь заставить полюбить человека. Бессмысленны и вечные поиски виноватых в разрыве отношений.

«В 80 процентах виновники — женщины. Именно они подают на развод, а не мужчины. А почему? Потому что женщины — тонкие натуры, женщинам нужна химия», — считает протоиерей Геннадий Шкиль.

Ни страх общественного порицания, ни стоимость госпошлины за развод, никакие другие санкции не были преградой для семьи Валеевых в момент, когда супруги пришли к мысли: браку — конец. История более чем 10-летней любви закончилась.

«Мы очень сильно отдалились. Мы фактически из-за его графика пересекались, когда я выхожу на работу, он возвращается, поздоровались в дверях, в обратную сторону поздоровались в дверях. Все было настолько ужасно, что развод был единственным выходом прекратить мучить друг друга», — говорит Евгения.

Пара, оказавшаяся в шаге от развода, смогла остановиться лишь благодаря общему ребенку. Ну и где-то подсознательно супруги понимали — еще есть, что сохранять, не все чувства друг к другу умерли. Ради себя и семьи Валеевы пошли на эксперимент — семейную медиацию, которая далась им нелегко, особенно главе семейства.

«Вначале были сомнения, конечно. И вообще первый момент, в первый раз когда пришел, это было тяжело. Как бы постороннему человеку рассказывать свои проблемы, с женой-то бывает неприятно говорить такое, а тут еще постороннему человеку. Но главное — пройти первый раз, самый тяжелый момент», — рассказывает Андрей.

Своеобразную семейную «терапию» супруги проходили около года. Учились при участии психолога спокойно высказывать друг другу претензии, не переходя на крик, открыто говорить, чего хотят от отношений. Первый результат не заставил себя долго ждать, через несколько месяцев стало понятно — в семье грядет пополнение.

Привлекают медиаторов для примирения супругов не только в Сургуте, но и в ряде российских регионов, в том числе в столице. Например, в Москве, по данным местных властей, консультации психологов в местных МФЦ помогли разрешить конфликты порядка 70 процентов обратившихся супругов мирным путем, без ссор, склок и ругани.

«У нас ведь кто громче кричит, тот и прав. У нас сразу в крик люди. Сразу начинают кричать. А крик, он когда рождается? А когда аргументы слабые. И поэтому это убеждение. Да, люди не умеют разговаривать. Не умеют договариваться. Они не владеют технологией диалога», — говорит психолог Любовь Перлова.

Похоже, технологией диалога с населением в совершенстве не владеет и большинство наших депутатов. Ведь их угрозы, запреты и санкции, как видим, институту семьи авторитета пока не добавили. Очевидно, все же действительно нужны другие аргументы.